Чего я не могу
Запросы, которые я не беру в работу
Работать с людьми в суицидальном состоянии. Суицидальность – крайняя степень душевной боли, при которой необходимо не только чуткое присутствие рядом другого человека, но и обнаружение веского довода не причинять себе вреда.
Мне хорошо знакомо ощущение тлена и бессмысленности жизни. Обиды, боль, непонимание... Множество ситуаций, в которых со мной обошлись несправедливо. Этого много в моём опыте. И не меньше причин, отчего я сама разрешала к себе так относиться.
И всё же я горячо и упрямо люблю жизнь. Наверное, мне помогает, что каждый день заново я нахожу повод жить дальше. Но вот быть с другим человеком в теме желании покончить с жизнью мне не по силам. Я не берусь за тему суицидальности, поскольку взвешиваю ресурсы и понимаю: их хватит только на поддержание меня.
Я не умею в зависимости. У меня за спиной долгий и болезненный путь общения с зависимым близким. В работе психолога личная тема — это «противопоказание». Мне трудно не включаться и хочется спасать.
А этого как раз не стоит делать, если вы обнаружили у своего близкого вредное пристрастие. Один спасает, тратит много ресурса на поддержание жизни другого человека.
У второго появляется вторичная выгода в подобном внимании, и круг зависимости смыкается. Цена выхода из такого тупика велика, необходима веская причина, чтобы зависимому меняться. Я рекомендую искать грамотных специалистов в этой тематике, которые могут оставаться устойчивыми и не подключаться своими больными «электродами».
«Поработать с детками». Мне нравится общаться с взрослыми людьми, я развиваю свои психологические навыки, берясь за сложные состояния. Но бывают случаи, когда клиенты считают, что я могу с таким же успехом поработать с их детьми. Кто-то даже предположил, что «я, наверное, хорошая мама».
Не знаю на самом деле, какая я мама... Хотя бы потому, что у меня нет детей. Но я видела, как меняется мир малыша, если меняется состояние родителя. Ребёнок счастлив, когда его папа и мама гармоничны сами собой и в своей паре.
Поэтому я и предлагаю решать семейные ситуации через родителя. Это напрямую и эффективнее.

По-моему, психологическая работа с детьми похожа на работу педагога.
В педагогике много ценных разработок по воспитанию и интереснейших игр. Они помогают детям знакомиться с эмоциями и чувствовать себя в порядке. Кто-то из коллег возможно со мной не согласится, и скажет, что в работе детского психолога очень много именно психологии... пусть так. Это только доказывает, что они действительно лучшие психологи в вопросах детского развития по сравнению со мной. Я с удовольствием порекомендую их, если вашему ребёнку потребуется помощь.